Поче­му они нище­бро­ды

Умейте экономить!

1. Кре­дит­ные кар­ты

Петя Клюш­кин полу­ча­ет 30 тысяч руб­лей в месяц. Так­же у него есть несколь­ко кре­дит­ных кар­то­чек с общим дол­гом в 100 тысяч руб­лей. За обслу­жи­ва­ние это­го кре­ди­та Петя еже­ме­сяч­но пла­тит бан­кам десять про­цен­тов от сво­ей зар­пла­ты: три тыся­чи.

Полу­ча­ет­ся почти цер­ков­ная деся­ти­на. Если бы Петя покло­нял­ся Золо­то­му Тель­цу, его бы, воз­мож­но, такая ситу­а­ция и устра­и­ва­ла бы. Одна­ко Петя молит­ся иным богам, а свои бан­ки тихо нена­ви­дит за еже­ме­сяч­ное вымо­га­тель­ство денег.

При этом поти­хонь­ку выпла­тить кре­дит и пере­стать выпла­чи­вать дань ростов­щи­кам Петя не может. Во-пер­вых, его плот­но дер­жит на крюч­ке такой при­ем как “мини­маль­ный пла­теж”: если Петя пере­ста­нет тра­тить день­ги с кре­ди­ток, ему при­дет­ся в тече­ние несколь­ких меся­цев жить на поло­ви­ну зар­пла­ты, чего он себе поз­во­лить не может.

А во-вто­рых, вокруг столь­ко соблаз­нов, столь­ко вещей-кото­рые-мож­но-купить-за-день­ги… Что Петя не видит ино­го выхо­да, кро­ме как про­дол­жать год за годом кор­мить жиру­ю­щие на его беде бан­ки.

Забав­ный факт: Петя дав­но уже меч­та­ет о соб­ствен­ном биз­не­се, при этом рен­та­бель­ность в трид­цать про­цен­тов годо­вых его более чем устро­и­ла бы. Одна­ко орга­ни­зо­вать абсо­лют­но желез­ный гешефт – выпла­тить бан­кам долг и начать класть про­цен­ты по кре­ди­ту себе в кар­ман – Петя не может. Мат­ри­ца не пус­ка­ет.

2. Авто­мо­би­ли

Коля Пятач­ков любит авто­мо­би­ли. Рань­ше он ездил на мет­ро, потом ско­пил денег на жигу­ли. Сей­час пере­ме­ща­ет­ся на взя­том в кре­дит лан­се­ре. Денег у него в обрез, часто при­хо­дит­ся эко­но­мить на самом важ­ном, типа отпус­ка или вра­чей. Но жиз­ни без сво­е­го авто­мо­би­ля Коля уже не пред­став­ля­ет.

Ему надо отда­вать кре­дит за маши­ну, рас­пла­чи­вать­ся за втю­хан­ное диле­ром допол­ни­тель­ное обо­ру­до­ва­ние и несу­раз­но доро­гую стра­хов­ку. Ему надо решать кучу мел­ких про­блем с пар­ков­кой, с цара­пи­на­ми, с заме­ной рас­ход­ни­ков и с гаран­тий­ным ремон­том. Ему надо раз в сезон менять рези­ну и три раза в неде­лю зали­вать себе пол­ный бак.

Коля, в прин­ци­пе, не жалу­ет­ся. Каж­дый отдель­ный денеж­ный впрыск в маши­ну вполне поси­лен. Вот толь­ко если бы Коля тща­тель­но под­счи­тал сто­и­мость вла­де­ния сво­им сокро­ви­щем, он бы выяс­нил, что узко­гла­зый чет­ве­ро­ко­лес­ный друг еже­ме­сяч­но пожи­ра­ет треть его зар­пла­ты и поло­ви­ну его сво­бод­но­го вре­ме­ни.

Мог бы Коля купить себе вме­сто Лан­се­ра ста­рую доб­рую Ладу Зуби­ло, что­бы не замо­ра­чи­вать­ся вооб­ще ни КАСКО, ни ржавчиной/царапинами, ни доро­ги­ми зап­ча­стя­ми? Что­бы бро­сать маши­ну где угод­но, и что­бы чинить­ся за мел­кий прайс в хоро­шем сер­ви­се рядом с домом, без бумаж­ной воз­ни и без оче­ре­дей?

Навер­ное, мог бы. Но если вы ска­же­те Коле, что он выбрал себе маши­ну не по уров­ню, Коля даже не будет посы­лать вас в зад­ни­цу с ваши­ми сове­та­ми. Коля про­сто сде­ла­ет удив­лен­ные гла­за и покру­тит паль­цем у вис­ка.

3. Недо­сып

Оля Голо­во­ласт­ная спит по шесть часов день. Ино­гда – по пять часов. Просну­лась, хлоп­ну­ла кофе, и давай суе­тить­ся до самой ночи.

Дру­гая девуш­ка на ее месте дав­но бы уже заду­ма­лась о том, что как-то непра­виль­но живет. Но Оля вот уже мно­го лет не высы­па­ет­ся, и думать она уже дав­но отучи­лась. Когда у Оли выпа­да­ют сво­бод­ные пол­ча­са, она нали­ва­ет себе оче­ред­ную чаш­ку какой-нибудь бод­ря­щей бур­ды и… садит­ся тупить. Смот­рит теле­ви­зор, вты­ка­ет в Интер­нет, про­сто гля­дит осо­ло­вев­ши­ми гла­за­ми в сте­ну и гоня­ет по кру­гу пустые мыс­ли.

Со сто­ро­ны кажет­ся, буд­то вый­ти из это­го пороч­но­го кру­га очень про­сто. Надо про­сто взять себе за пра­ви­ло нырять под оде­я­ло ров­но в две­на­дцать ночи. Пара недель вось­ми­ча­со­во­го сна, и Олю будет не узнать. Она ста­нет спо­кой­ной и доб­рой, пере­ста­нет гав­кать на людей и нач­нет все успе­вать.

Но… что­бы в рит­ме валь­са пере­де­лать все дела к один­на­дца­ти вече­ра надо совер­шить над собой некис­лое воле­вое уси­лие. А на такое уси­лие сон­ная Оля, увы, не спо­соб­на.

Невы­спав­ша­я­ся Оля будет еже­днев­но тра­тить несколь­ко часов на раз­но­го рода бес­смыс­лен­ную ерун­ду. Из-за этих поте­рян­ных часов Оля будет еже­днев­но ложить­ся не в две­на­дцать, а в два. А в восемь утра – хочешь или не хочешь – ей при­дет­ся невы­спав­шей­ся вста­вать и копы­тить на рабо­ту.

4. Доро­гие вещи

Глеб Щер­блю­нич не настоль­ко богат, что­бы поку­пать деше­вые вещи. Точ­нее, он вооб­ще не богат. Глеб – нище­брод, и денег у него часто не хва­та­ет даже на чаш­ку дымя­ще­го­ся кофе в авто­ма­те эта­жом ниже его офи­са.

Одна­ко гово­рить “иди­те в жопу, это для меня слиш­ком доро­го” Глеб не уме­ет. Из-за это­го он посто­ян­но поку­па­ет себе вещи, при виде кото­рых даже у гораз­до более обес­пе­чен­но­го чело­ве­ка на гор­ле немед­лен­но смы­ка­ют­ся холод­ные зеле­ные лап­ки.

Кожа­ная курт­ка ценой в две зар­пла­ты? Я не настоль­ко богат, что­бы поку­пать деше­вые вещи. И пле­вать, что в раз­ме­рах и фасо­нах Глеб не раз­би­ра­ет­ся, из-за чего выгля­дит в этой курт­ке как сын скуп­щи­ка кра­де­но­го.

Ноут­бук послед­ней моде­ли за восемь­де­сят тысяч руб­лей? Я не настоль­ко богат, что­бы поку­пать деше­вые вещи. Возь­му кре­дит под безум­ные про­цен­ты, буду два года питать­ся овся­ной кашей с солью и ездить зай­цем на мет­ро, но зато у меня на пол­ке будет пылить­ся кра­си­вый сереб­ри­стый ноут­бук.

Спра­ши­ва­ет­ся, и чего бы Гле­бу не быть поскром­нее, и не поку­пать себе вещи чуть поху­же, но в десять раз дешев­ле?

Да все про­сто. Глеб ленит­ся потра­тить три часа вре­ме­ни, что­бы посрав­ни­вать цены и харак­те­ри­сти­ки, что­бы про­счи­тать плю­сы и мину­сы покуп­ки. Ему про­ще кава­ле­рий­ски руба­нуть рукой и ска­зать “я решил, поку­паю”. Кро­ме того, несмот­ря на дыря­вые ботин­ки и закле­е­ные изо­лен­той очки, Глеб стес­ня­ет­ся сооб­щать про­дав­цам, что он нище­брод.

5. Ремонт

Кла­ва Загреб­рюк счи­та­ет, что квар­ти­ры в Рос­сии слиш­ком доро­гие. Один Б-г зна­ет, каких уси­лий ей и ее семье сто­и­ла эта новая двух­ком­нат­ная квар­ти­ра. Теперь Кла­ва дела­ет в квар­ти­ре ремонт.

Возь­мем, напри­мер, кух­ню.

Мож­но пой­ти в стро­и­тель­ный мага­зин и купить там самую деше­вую кух­ню, тысяч так за восемь руб­лей. За эти день­ги Кла­ва полу­чит несколь­ко убо­гих шкаф­чи­ков из ЛДСП, пусть безо вся­ких пре­тен­зий на дизайн, но все же уме­ю­щих хра­нить внут­ри себя тарел­ки и кастрюли.

Мож­но пой­ти к шве­дам в ИКЕА и выбрать себе уже что-нибудь попри­лич­нее, тысяч так за пять­де­сят. Каче­ство, конеч­но, будет не фон­тан, но если най­ти хоро­ше­го сбор­щи­ка, кото­рый потра­тит несколь­ко дней на довод­ку изде­лий эко­ном­ных шве­дов до ума, полу­чит­ся вполне себе даже сим­па­тич­но.

Мож­но наве­стить какую-нибудь нашу мебель­ную фаб­ри­ку и выбрать из ката­ло­га кух­ню под заказ. Это будет уже тысяч две­сти, но зато подруж­ки Кла­вы будут одоб­ри­тель­но цокать язы­ка­ми при виде под­свет­ки внут­ри шкаф­чи­ков и сину­со­ид­но­го кар­ни­за над пылес­бор­ны­ми деко­ра­тив­ны­ми полоч­ка­ми.

Мож­но зай­ти в салон ита­льян­ской мебе­ли и под­дать­ся скром­но­му оба­я­нию бур­жу­а­зии. Там цены на кух­ни начи­на­ют­ся где-то от одно­го мил­ли­о­на, но если немно­го пове­зет, мож­но будет отхва­тить что-нибудь из ста­рой кол­лек­ции с огром­ной скид­кой…

Спра­ши­ва­ет­ся, како­го хло­ра Кла­ва купи­ла кух­ню за шесть­сот тысяч руб­лей? Это же годо­вая (!) ее с мужем зар­пла­та. При этом ника­ких накоп­ле­ний в семье не наме­ча­ет­ся, им и так при­шлось зани­мать, что­бы завер­шить ремонт к зиме.

Нет, я пони­маю, кух­ня – это важ­но, кух­ня – это надол­го, Ита­лия – это каче­ство… Но если Кла­ва не мог­ла никак повли­ять на цену квар­ти­ры, то вот хотя бы цена ремон­та была в ее вла­сти? Вот серьез­но, если бы Кла­ва потра­ти­ла на ремонт не два мил­ли­о­на, а две­сти тысяч руб­лей – что, сэко­ном­лен­ные три года рабо­ты не оку­пи­ли бы ей мораль­ных стра­да­ний от вида деше­вой плит­ки и тон­ко­го лами­на­та?

6. Нытье

Егор Оскоп­чик посто­ян­но рас­ска­зы­ва­ет зна­ко­мым исто­рии, одну про­сто уди­ви­тель­нее дру­гой. Про кри­зис. Про какую-то поли­то­ту, митин­ги. Егор веч­но на взво­де, у него посто­ян­но кто-то неправ: то началь­ник, то гаиш­ник, то все­на­род­но избран­ный пре­зи­дент Рос­сий­ской Феде­ра­ции.

Конеч­но, мы живем в сво­бод­ной стране, и Егор име­ет пра­во в кру­гу дру­зей обкла­ды­вать гени­та­ли­я­ми кого угод­но… но ведь Егор посто­ян­но стра­да­ет из-за чужих про­блем. При­выч­ка лезть в чужие про­бле­мы регу­ляр­но застав­ля­ет его чув­ство­вать гне­ту­щее бес­си­лие, осо­зна­вать, что где-то что-то пло­хо, а он не может ниче­го изме­нить.

Если бы Его­ру кто-нибудь объ­яс­нил, что наш мир устро­ен неспра­вед­ли­во, и что един­ствен­ный спо­соб сде­лать его луч­ше – начать с само­го себя, Егор, навер­ное, дав­но бы уже был на какой-нибудь руко­во­дя­щей долж­но­сти. Моз­ги и руки у Его­ра на месте, энер­гия из него так и прет.

Вот толь­ко Егор, к сожа­ле­нию, пред­по­чи­та­ет тра­тить свою неис­то­щи­мую энер­гию не на сози­да­тель­ную дея­тель­ность, а на обли­че­ние и нака­за­ние людей, кото­рые – по мне­нию Его­ра – ведут себя непра­виль­но.

Сам себя Егор счи­та­ет хоро­шо при­спо­соб­лен­ным к жиз­ни чело­ве­ком: он уме­ет скан­да­лить и сто­ять на сво­ем, может при слу­чае даже в мор­ду дать. Дру­зья же смот­рят на Его­ра с пло­хо скры­ва­е­мой жало­стью. Так как Егор посто­ян­но вля­пы­ва­ет­ся на ров­ном месте то в скан­да­лы, то в дра­ки, то даже в какие-то неле­пые суды.

7. Неже­ла­ние учить­ся

Даша Гун­до­гу­бо­ва потра­ти­ла десять лет на шко­лу и шесть лет на инсти­тут. Страш­но под­счи­тать, сколь­ко десят­ков тысяч часов она про­ве­ла в пыль­ных ауди­то­ри­ях, напря­жен­но вслу­ши­ва­ясь в зауныв­ное бор­мо­та­ние кос­но­языч­ных педа­го­гов. Даша гор­дит­ся сво­им синим дипло­мом и нико­гда не упус­ка­ет слу­чая похва­стать­ся гром­ки­ми бук­ва­ми учеб­но­го заве­де­ния, кото­рое ей уда­лось обси­деть.

Вме­сте с тем, Даше лень потра­тить один день, что­бы научить­ся нор­маль­но рабо­тать в Вор­де. Из-за это­го она дела­ет доку­мен­ты в три раза доль­ше, чем мог­ла бы, при этом доку­мен­ты полу­ча­ют­ся весь­ма урод­ли­вы­ми. Даша не видит в этом ника­кой про­бле­мы. Началь­ство же неспра­вед­ли­во счи­та­ет Дашу дурой, и пла­тит ей в два раза мень­ше, чем куда как менее смыш­ле­ной Кате. Так Катя, несмот­ря на все свои недо­стат­ки, Ворд таки осво­и­ла на при­лич­ном уровне.

Еще Даше лень потра­тить несколь­ко вече­ров, что­бы закон­чить кур­сы вожде­ния. Поэто­му Даша не чув­ству­ет габа­ри­тов сво­ей кра­си­вой машин­ки, пар­ку­ет­ся по 10 минут там, где уме­лый води­тель запар­ко­вал­ся бы за несколь­ко секунд, и не реже чем раз в пол­го­да попа­да­ет в неле­пей­шие ава­рии.

До кучи у Даши очень туго откры­ва­ет­ся замок на вход­ной две­ри. Каж­дый вечер Даша подол­гу шеру­дит в нем клю­чом, вздра­ги­вая от каж­до­го шоро­ха в парад­ной и надав­ли­вая на ключ с раз­ных сто­рон. При этом потра­тить пять минут вре­ме­ни и най­ти реше­ние про­бле­мы в Интер­не­те в голо­ву Даше даже не при­хо­дит.

К сожа­ле­нию, в момент выда­чи дипло­ма Даше забы­ли ска­зать, что халя­ва кон­чи­лась, и что обя­зан­ность застав­лять себя учить­ся теперь воз­ло­же­на лич­но на нее.

8. Эта­ноль­ная пет­ля

Юра Скоб­леплю­хин пери­о­ди­че­ски смот­рит в зер­ка­ло и дума­ет, что надо бы, нако­нец, запи­сать­ся в тре­на­жер­ный зал: убрать пив­ной живо­тик и взбор­д­рить мыш­цы гиря­ми-ган­те­ля­ми. Одна­ко Юра рабо­та­ет пять дней в неде­лю, а после рабо­ты выпи­ва­ет круж­ку-дру­гую раз­бав­лен­но­го эта­но­ла.

Он вовсе не алко­го­лик: Юра верит, что спирт в малых дозах если не поле­зен, то хотя бы не осо­бо вре­ден.

Одна­ко рабо­та и алко­голь так хоро­шо струк­ту­ри­ру­ют его вре­мя, что запи­сать­ся в тре­на­жер­ный зал ему реши­тель­но неко­гда, да и сил после подви­гов тру­до­вых на подви­ги спор­тив­ные уже не оста­ет­ся.

Ост­рых при­чин менять ритм сво­ей жиз­ни у Юры нет. Про­сто Юра выгля­дит на пят­на­дцать лет стар­ше сво­е­го воз­рас­та и все вре­мя чув­ству­ет себя слег­ка пар­ши­во… но в целом все ок. Мат­ри­ца дер­жит Юру сталь­ной хват­кой. Шан­сов сорвать со сво­е­го гор­ла ее паль­цы у Юры, пря­мо ска­жем, немно­го.

9. Пло­хие зубы

Гри­ша Сне­ги­ряк совер­шен­но не стра­да­ет от зуб­ной боли. Он зна­ет, что у него глу­бо­кий кари­ес на четыр­на­дца­ти зубах… но вот кон­крет­но сей­час ниче­го не болит и визит к сто­ма­то­ло­гу, вро­де как, мож­но пока отло­жить.

Гри­ша пони­ма­ет, что кари­ес – это не насморк, сам по себе он не прой­дет. Гри­ша пони­ма­ет, что встав­лять про­те­зы – это и дол­го, и боль­но, и доро­го. Гри­ша пони­ма­ет, что затя­ги­вать с визи­том к сто­ма­то­ло­гу не сто­ит.

Но у него сей­час столь­ко раз­ных дел, и у него сей­час столь­ко сроч­ных трат… Ну, выле­чит Гри­ша сей­час один зуб. И что изме­нит­ся? Ведь оста­нет­ся еще три­на­дцать боль­ных.

Мат­ри­ца ред­ко остав­ля­ет сво­им рабам силы забо­тить­ся о здо­ро­вье. Мат­ри­ца тре­бу­ет от рабов сна­ча­ла рас­пла­тить­ся по ее сче­там.

10. Сва­дьбы и дни рож­де­ния

Али­са Ско­ти­не­нок выхо­дит замуж. Али­са рабо­та­ет помощ­ни­ком мене­дже­ра, ее избран­ник – млад­шим инже­не­ром тех­ни­че­ской под­держ­ки. Бюд­жет све­же­со­здан­ной семьи – сорок тысяч руб­лей в месяц.

Бюд­жет сва­дьбы – пять­сот тысяч.

Поче­му бы Али­се не рас­пи­сать­ся тихо в ЗАГСе и не поехать отме­чать обмен коль­ца­ми вдво­ем с супру­гом в какой-нибудь тихий ресто­ран­чик? Зачем ей этот пет­ро­ся­ни­стый тама­да, зачем ей эти позор­ные кон­кур­сы, зачем ей эта тол­па пья­но­го быд­ла, неук­лю­же топа­ю­щая нога­ми под Вер­ку Сер­дюч­ку?

Зачем надо зале­зать в дол­ги, разо­рять роди­те­лей, кор­мить и поить людей, кото­рые, будем откро­вен­ны, вполне в состо­я­нии поесть и выпить за свой счет? Али­са ведь не дура и пони­ма­ет, что если она не будет устра­и­вать сва­дьбу, никто на это и вни­ма­ния не обра­тит: пожмут пле­ча­ми и забу­дут на сле­ду­ю­щий день.

При­чин спус­кать в нику­да годо­вой доход семьи у Али­сы две. Во-пер­вых, так ей при­ка­зы­ва­ет Мат­ри­ца в лице наших обы­ча­ев и тра­ди­ций. Во-вто­рых, Али­се хочет­ся покра­со­вать­ся в белом пла­тье и Али­са счи­та­ет, что год рабо­ты двух чело­век – вполне нор­маль­ная цена за несколь­ко сва­деб­ных фото­гра­фий.

Конеч­но, защит­ни­ки наив­ной девуш­ки мог­ли бы ска­зать сей­час, что сва­дьба быва­ет раз в жиз­ни… Но ведь есть еще дни рож­де­ния, похо­ро­ны, отме­ча­ния Ново­го года. Сколь­ко денег Али­са будет спус­кать еже­год­но на эти бес­тол­ко­вые поси­дел­ки?

11. Мел­кие рас­хо­ды

Вася Жимо­брю­хов рабо­та­ет сан­тех­ни­ком по вызо­ву. Там тыся­ча, здесь пять­сот руб­лей… в целом дол­жен был бы полу­чать­ся непло­хой зара­бо­ток. Одна­ко боль­ше чем пара тысяч у Васи в кошель­ке обыч­но не пле­щет­ся, он почти все­гда на мели.

Поче­му?

Пото­му что Вася как зара­ба­ты­ва­ет день­ги, так их и тра­тит: не счи­тая. Пять­сот руб­лей на так­си до дома. Тыся­ча руб­лей на обед в ресто­ране. Вро­де как, рабо­та­ешь и рабо­та­ешь… а денег нет как нет.

Если бы Вася завел себе блок­нот и начал туда запи­сы­вать все дохо­ды и рас­хо­ды, у него бы от ужа­са заше­ве­ли­лись воло­сы на зад­ни­це. Вася бы уви­дел, что поесть в ресто­ране – это не жал­кая тыся­ча за раз, как он думал, а пять­де­сят тысяч в месяц, шесть­сот тысяч в год. Вася бы уви­дел, что так­си – это удоб­но и ком­форт­но, но два меся­ца пере­ме­ще­ний на марш­рут­ках поз­во­лят ему купить новый ком­пью­тер, о кото­ром он меч­та­ет уже три года.

Одна­ко как и поло­же­но нор­маль­но­му рабу Мат­ри­цы, счи­тать день­ги Вася не счи­та­ет нуж­ным.

12. Рекла­ма
Лена Вур­да­ла­ки­на пьет колу, курит маль­бо­ро, жует сти­мо­рол и жрет в три гор­ла гам­бу­ге­ры в Мак­До­нал­дсе. От нее все­гда пах­нет доль­че габ­ба­на, а свой айфон Лена носит в сум­ке от луи­вит­тон.

При этом Лена уве­ре­на, буд­то рекла­ма на нее никак не дей­ству­ет, а боль­ной желу­док и пустой коше­лек – это ее соб­ствен­ный выбор.

Хищ­ные рыла с теле­экра­нов хором под­дер­жи­ва­ют Лену в ее наив­ном заблуж­де­нии: “Ты сво­бод­ный чело­век, Леноч­ка, ты умная и кра­си­вая жен­щи­на, ты все­гда абсо­лют­но доб­ро­воль­но и неза­ви­си­мо выби­ра­ешь, кому из нас ты покор­но отне­сешь оче­ред­ную свою зар­пла­ту.